petrus_paulus wrote in lovers_of_art

Categories:

Музыкальное Лего: собери себе Христа

Ридольфо Гирландайо — "Несение креста" — XVI век
Ридольфо Гирландайо — "Несение креста" — XVI век

У каждого своя правда. И Бог, возможно, тоже у каждого свой. Стереотипный образ Спасителя, взирающий на нас с икон и полотен великих мастеров каноничен и до невозможности однотипен. Поэтому изображения Христа, подобные тому, что сделал Микеланджело в Сикстинской капелле, идут вразрез с мышлением однородной массы, которую принято именовать паствой. Однако каждый волен мыслить для себя Спасителя сам, так, как он Его понимает. В том числе возможно сделать такую картинку и не визуальной вовсе, а совершенно аудиальной.

Микеланджело — "Страшный Суд" — XVI век
Микеланджело — "Страшный Суд" — XVI век

«Большое музыкальное развлечение». С таким анонсом в 1742 году в Дублине впервые публике было представлено произведение, про которое сегодня знает каждый человек на земле. Точнее, слышал его, но, возможно, не знает, что это оно. Речь об оратории Георга Фридриха Генделя «Мессия».

Grand Musical Entertainment… По сути, в наши дни хор Hallelujah действительно стал своего рода развлечением, которое используют все и всюду, включая кино и поп-культуру. Но ведь «Мессия» это не только «Аллилуйя»! Этот хор, скорее, неотъемлемая часть оратории, которую можно услышать всегда и при любом исполнении. Но что с остальными частями? Все ли они всегда стандартны и, словно аксиома, стоят на своих местах в привычном смысле? Оказывается, что нет.

Начиная с названия, «Мессия» уже не вполне стандартен. Несмотря на то, что это произведение у Генделя самое известное во всём его наследии (соревноваться с ним может лишь «Музыка на воде»), оно же и самое вариативное и многоликое. Можно порой прийти в полное недоумение, услышав «Мессию» совершенно не в том виде, в каком вы привыкли его слышать. Оно могло называться «Священной ораторией», как того требовал Джонатан Свифт, знаменитый автор «Приключений Гулливера», служивший тогда деканом дублинского собора св. Патрика, где и предстояло впервые представить её публике. В итоге своё авторское название оратория сохранила, переехав с премьерой в Темпл-Бар подальше от мистера Свифта и прозвучав на благотворительном концерте на Фишэмбл Стрит. Тем не менее, латинский подзаголовок Majora canamus, т.е. воспоём же все вместе, она сохранила.

Титульный лист партитуры стоимостью 6 британских пенсов, изданной в 1742 году в Дублине к премьерному показу
Титульный лист партитуры стоимостью 6 британских пенсов, изданной в 1742 году в Дублине к премьерному показу

Гендель назвал своё детище Messiah, хотя мы сегодня привыкли называть его The Messiah. Когда и где к названию приклеился артикль – неведомо. Но в народе прижилось невероятно, так что теперь название с артиклем встречается много чаще. Это стало своего рода признаком признания, причём всеобщего. Ведь артикль The сродни рыцарскому титулу – например, Елизавета II позволила лишь одному сорту виски использовать в названии артикль The – The Glenlivet, в знак признания его двором.

После 1740 года Гендель полностью переключается с сочинения опер на оратории. Его оперная компания стремительно теряла клиентуру в виде зрителей, которые всё меньше желали слушать итальянскую оперу. Точнее, итальянскую оперу они слушать желали, но созданную именно итальянцами, а не стареющим немцем. Бонончини и Порпора, два оперных мэтра, живших и работавших тогда в Лондоне, активно противопоставлялись лондонской аристократией Генделю. Впоследствии к ним примкнул и Гассе, земляк Генделя из Саксонии, но он был моложе и энергичнее… Порой доходило до того, что сама публика забавлялась на тему противостояния итальянской немецкой и итальянской итальянской музыки на лондонской сцене – знаменитый поэт и острослов Джон Байром даже сочинил стишок:

Some say, compared to Bononcini      Одни твердят, что майнхерр Гендель

That meinherr Handel's but a ninny. В сравненье с Бонончини просто крендель.

Others aver that he to Handel              Другие про того горазды утверждать,

Is scarcely fit to hold a candle.             Что Генделю не гож и свечку подержать.

Strange all this difference should be   Мудрёна разница потехи для

Twixt Tweedledum and Tweedledee!  Меж Труляля и Траляля!

©перевод petrus_paulus

Поэтому, сочинив и поставив в Лондоне «Дейдамию», свою последнюю оперу, Гендель стал писать исключительно оратории. Как талантливый коммерсант, он вновь угадал чаяния публики, удовлетворив параллельно и короля с архиепископом. Все оратории сочинялись им на английские либретто и на религиозные, библейские сюжеты. Таким образом, он приближал к себе рядового слушателя, выдавая ему продукт на его родном и понятном (в отличие от итальянского) языке, а также удовлетворял интересы церкви по привлечению в храмы паствы (оратории частенько исполнялись в церквях), что не могло не обрадовать и протестантского короля Англии. И, надо сказать, аудитория Генделя выросла в разы по сравнению с его оперным периодом – оратории стали для него новой жизнью!

Один из самых ярких моментов оратории в исполнении контральто Патриции СпенсBehold, a virgin shall conceive

Он сочинил двадцать шесть ораторий, и «Мессия» стал одной из первых, оставаясь по сей день самой знаменитой. В наших руках сегодня два манускрипта, на основе которых можно составить полную картину происходивших на протяжении двадцати лет с ораторией метаморфоз. Первая – это авторская рукопись Генделя, датированная 1741 годом. Вторая – его рукопись для дирижирования, в которой столько правок и вымарываний, что впору хвататься за голову. Кроме этого, имеются классические прижизненные издания партитуры – для Дублина 1742 года, для лондонского Ковент Гарден 1743, 1745, 1749 и 1750 годов, для представления в лондонском приюте найдёнышей 1759 года и вновь для Дублина 1761 года. И все эти девять вариантов разные…

Чарльз Дженненс — портрет кисти Томаса Хадсона
Чарльз Дженненс — портрет кисти Томаса Хадсона

Но для начала – об общей структуре. «Мессия» состоит из трёх частей, первая из которых – о пророчествах пришествия Христа на землю, о Его рождении и чудесах, вторая – о страстях и распятии, о воскресении и вознесении и о начале торжества христианства в мире, а третья – о Судном Дне и победе над смертью в частности и злом в целом. Принято считать, что либреттист Чарльз Дженненс, изначально задумывавший произведение как оперу о Христе (невероятно смелая мысль для тех лет), использовал текст Библии короля Иакова, традиционного для англиканской церкви варианта Писания. Однако практически полностью на этом варианте Библии основана лишь вторая часть «Мессии» - здесь мы видим сплошные цитаты из Псалтыри и пророчеств Исайи. Хор «Аллилуйя» взят из «Откровений» Иоанна Богослова. Третья часть почти полностью базируется на «Книге повседневной молитвы», этаком молитвослове англиканской церкви, с преобладанием текстов из погребальных моментов. Имеются там, однако, цитаты и из посланий апостола Павла, и из книги Иова, и всё из тех же «Откровений». Первая же часть, несмотря на наличие прямых цитат из Евангелий от Иоанна, Луки и Матфея и книги Исайи, текстово совпадает с поэмой знаменитого в те годы поэта Александра Поупа (у нас его принято называть Поп) с точно таким же названием – «Мессия».

Финальный хор оратории — «Аминь»

Иными словами, либретто «Мессии» Дженненса и Генделя – компиляция различных текстов с оригинальной музыкой. А музыка, в свою очередь, тоже при внимательном рассмотрении оказывается хоть и оригинальной, но крайне путаной. Собственно, сам Гендель, забредший в творческий тупик, ничего не собирался сочинять зимой 1741-42 года, однако Дженненс в одном из своих июльских писем 1741 года сообщает, что намерен соблазнить композитора своей идеей, поскольку лишь его гений способен сочинить достойную для сюжета музыку. Первоначальный вариант музыки к оратории Дженненса совершенно не устроил, что и положило начало бесчисленным переделкам. А дальше Гендель уже просто вошёл во вкус и вносил последующие правки, но уже несколько по иным причинам. А в 1744 году вместе с Дженненсом уже привыкший к придирчивости либреттиста Гендель выдал ещё одну библейскую ораторию – «Валтасар», которая тому «зашла» сразу же, что в итоге повлекло через несколько лет заказ и оплату парадного портрета Генделя Дженненсом. Работу выполнил топовый английский портретист тех лет Томас Хадсон, портрет можно увидеть сегодня в Национальной Портретной Галерее в Лондоне.

Портрет Генделя кисти Томаса Хадсона
Портрет Генделя кисти Томаса Хадсона

Гендель сочинил музыку к «Мессии» всего за двадцать четыре дня. Использовав для партитуры массу оригинальной итальянской музыки, которую написал ранее и которая была основана ещё на мотивах его римского периода, когда он активно работал со Скарлатти и Корелли, он также разродился совершенно новой, оригинальной и нечеловеческой красоты музыкой, которую ему словно диктовал сам Бог. Сохранились свидетельства слуги Генделя, который с молчаливым удивлением наблюдал, как барин плачет над своею партитурой, потрясённый вышедшим из под его пера шедевром. Подобное случилось много позже и с Чайковским, рыдавшим над партитурой своей «Пиковой дамы» - на автографе даже сохранились следы слёз и скромная приписка композитора «Спасибо Тебе, Господи»…

Фрагмент авторской партитуры "Мессии", написанной рукой Генделя
Фрагмент авторской партитуры "Мессии", написанной рукой Генделя

Но почему премьера состоялась не в Лондоне и даже не в Англии, а в Ирландии? Причин две – лондонская публика уже относилась к Генделю как наша отечественная к Кобзону после 2000 года, а тут очень кстати королевский наместник в Ирландии герцог Девонширский пригласил Генделя в Дублин с концертами. До Лондона «Мессия» добрался лишь год спустя после дублинской премьеры, и семь лет шёл под названием, предложенным мистером Свифтом, чтобы лишь в 1749 году быть окончательно признанным и вернуть себе исконное имя. Церковь поначалу отнеслась к оратории крайне настороженно в силу сюжета, однако популярность музыки в народе сделала своё дело. А чего же они так напрягись? А дело было в полной бессюжетности повествования. До сих пор оратории, опиравшиеся на евангельскую базу, имели чёткий сюжет и конкретных действующих лиц. Вспомним, например, «Рождественскую ораторию» или «Страсти по Матфею» Баха – тут вам и евангелист, и ангелы, и собственно сам Христос в качестве действующих лиц. А у Генделя никаких действующих лиц нет и в помине, все партии распределены между пятью, шестью или семью солистами, каждый из которых просто поёт в соответствии со смыслом текста, в том смысле, что каждому стиху свой, подходящий ему голос. Да и суть происходящего в оратории всегда была ясна каждому из слушателей – какие части подходят для исполнения на Пасху, какие – на Рождество. Начиная с 1750 года, каждый свой теперь уже ораториальный (а не оперный) сезон Гендель завершал именно исполнением «Мессии», и случалось это аккурат на Страстной неделе. Но что же с голосами?

Rejoice greatly, O daughter of Zion — "Возликуй, о дочь Сиона" в исполнении потрясающего сопрано Джанет Уильямс (кстати, чернокожей певицы), обладающей уникальными красками в голосе

На дублинской премьере было задействовано шестеро солистов, почти все местные, за исключением двух – партию сопрано пела итальянка Мария Аволио, а партию меццо-сопрано – Сюзанна Сиббер, переехавшая сюда из Лондона, поскольку в столице о ней ходили не очень лицеприятные слухи. Выступив впервые на одном из концертов Генделя в Дублине, она, обладая откровенно слабоватым голосом, взяла зрителей гениальным вживанием в образ и чувственным пением, да так, что сразу после того, как она закончила петь, священник по фамилии Делэйни вскочил со своего места и прокричал «Женщина, за это я отпущу тебе все грехи!». На лондонской премьере миссис Сиббер заменяла уже небезызвестная Китти Клайв, комическая актриса и певица, которую Гендель недолюбливал, говоря, что, если оратория – акт религиозный, то и театр, представляющий её публике, на время должен обращаться во храм, а певцы – в посланников слова Божия. Гендель был невероятно набожным человеком в отличие от лондонских продюсеров.

В течение многих лет Генделю выпадали совершенно разные исполнители-солисты, и это вторая причина такого количества различных версий партитуры. Однажды тенор мог попасться сильнее – приходилось усиливать его партию, потом слабее – приходилось возвращать всё как было. Бывало, не имелось в наличии сразу двух альтов-фальцетистов, и приходилось заменять их женщинами, что вело к неизбежной транспонировке партии. А бывало – выпадала удача, как в 1750 году, когда петь в Ковент Гарден пригласили знаменитого кастрата Гваданьи, для чего Гендель полностью переписал под него часть басовой партии. Впоследствии он транспонировал её под женское сопрано.

Вот несколько примеров вариативности одного и того же фрагмента — сначала для баса, исполняет Уильям Паркер

Потом транспонирование под кастрата, сделанное для Гваданьи — исполняет великолепный контртенор Дрю Минтер

И, наконец, транспонирование под женское сопрано — исполняет Лоррэйн Хант

Есть этот фрагмент и в виде речитатива — он использовался в первоначальной и последней дублинской версиях, а также в версии для Ковент Гарден 1749 года

Если читать партитуру Генделя по нотам, становится ещё интереснее. Гендель обладал своеобразной манерой записи нот, как бы иллюстрируя ими текст и образно показывая ими то, о чём в нём говорится. Я привожу здесь очень наглядный пример из Википедии, дабы не изобретать велосипедов. Это ария для тенора из первой части - «Every valley shall be exalted».

с сайта Wikipedia.org
с сайта Wikipedia.org

«Мелодия поднимается к верхнему фа диезу на первом слоге «mountain» («гора») и опускается на октаву на втором слоге. Четыре ноты слова «hill» («холм») образуют небольшой холм, на слово «low» («низкий») приходится самая низкая нота фразы. На слове «crooked» («кривой») мелодия переходит с до диеза на си, чтобы остаться на си на слове «straight» («прямой»). Слово «plain» («гладкий, ровный») в большинстве случаев приходится на верхнее ми, длящееся три такта с небольшой вариацией. Гендель применяет тот же приём во время повторения финальной фразы: «кривизны» кривы, а на слове «гладкий» мелодия спускается на три длинные равнины.»

Вот этот фрагмент, а заодно и увертюра в придачу — исполняет тенор Джеффри Томас

Сегодня мы в основном знаем «Мессию» по версии Моцарта, который использовал уже немецкое либретто в переводе Клопштока и Эбелинга, странспонировав и переоркестровав всю музыку под новый язык исполнения. Однако, благодаря сохранившимся автографам Генделя и изданным при жизни композитора авторским партитурам, мы имеем возможность услышать её первоначальный вариант, точнее, варианты. В этом посте все музыкальные номера я привожу по одной-единственной записи, сделанной Николасом МакГиганом в 1991 году в университете Беркли в Калифорнии, так что все солисты у нас сегодня американские. Эта запись включает в себя все существующие оригинальные фрагменты, вышедшие из-под пера Генделя когда-либо и дошедшие до наших дней.

«Мессия» будет жить и исполняться вечно. И вечно будет вызывать у публики благоговейный восторг, тот восторг, который заставил короля Георга II вскочить на ноги и слушать стоя, как только зазвучал хор Hallelujah. И звучать он может совершенно по-разному благодаря тому разнообразию вариаций, оставленных нам композитором и позволяющему нам соткать свой собственный образ Спасителя, согласно нашим вокальным вкусам и пожеланиям. «Большое музыкальное развлечение»… «Мессия» ничуть не развлекает, как считалось поначалу – «Мессия» заставляет задуматься. Ведь Гендель именно этого и желал, говоря в своё время о взаимоотношениях публики и своей оратории «Мне было бы безмерно жаль, если бы я всего лишь развлёк их; ведь мне хотелось сделать их лучше».

Напоследок — знаменитый «Я знаю, жив мой Искупитель» в исполнении сопрано Лоррэйн Хант, так рано покинувшей нас

(c) petrus_paulus

promo lovers_of_art октябрь 25, 2019 14:21 5
Buy for 10 tokens
Сообщество lovers_of_art, предназначено для тех, кто любит искусство во всех его проявлениях. Членом сообщества может стать любой желающий. Любой член сообщества может стать одним из его авторов. Правила сообщества очень простые: При общении быть взаимно вежливыми и избегать обсценной лексики.…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.