yury_tsybanev54 wrote in lovers_of_art

Category:

Культ античеловека. Стенограмма Юрия Фаворина.

Юрий Фаворин исполнил, пожалуй, беспримерную в практике пианизма программу. Хочется даже написать – невозможную. И невыносимую. Невозможную – потому что она исключает быструю ответную реакцию  внутреннего чувства. Невыносимую – потому что из зала я выходил раздавленным. И такое со мной впервые. 

16.11.2020. Московская государственная консерватория. Малый зал. Н. Черепнин. «Маска красной смерти», хореодрама по Э. По. С. Прокофьев. Четыре этюда. Г. Попов. Большая сюита. А. Скрябин. Соната № 10. Д. Шостакович. Соната № 1. Юрий Фаворин, фортепиано.

Думаю, что эта программа - что называется, вдолгую. Когда она проникнет-просочится в подсознание того отважного слушателя, который не отшатнулся в ужасе, а по возможности ей открылся, - вот тогда возникнет глубокий  и радикальный эффект воздействия. Подозреваю, что только так.

Фаворин  играл русскую музыку первой трети 20-го века, написанную в диапазоне 1909-1927 гг. Авангардную. Можно сказать – на молодого свежака чуявшую  пульс времени.  Ибо Сергей Прокофьев, Гавриил Попов и Дмитрий Шостакович создали эти пьесы совсем молодыми.

А у сочинений Николая Черепнина и Александра Скрябина в этой программе, по всей вероятности, была своя миссия.

Фаворин необыкновенно глубок в своих исполнительских изысканиях. Возможно, он стремится в те же сокровенные над-смыслы, какие открывались композиторскому гению позднего Бетховена. И я, конечно, не столь самонадеян, чтобы навскидку лихо считать коды, в его программе заложенные.

Только ощущения. И только версии.

Маска красной смерти… В программке к концерту консерватория заботливо уберегла слушателей от прозрачных аллюзий. Опустила контекст эпидемии, из-за которой принц и его присные, по Э. По, собственно, и укрылись от окружавшей их страшной действительности.

Деликатная ремарка умолчания, впрочем, только расширила метафору истории, от которой кровь стынет в жилах. Истории, где разорвана ткань человеческих сущностей. И остались – в звуковом воплощении Фаворина - только выморочность, животный страх смерти и отъявленная, притворная, наркотического  свойства экзальтация.

Обойдусь без сюжетных подробностей. Единственное, - финал. Вся шатия  в момент сгинет – и не останется НИЧЕГО. «Вечная тьма и разрушение тления распростерли над чертогом свои крылья и воцарились в нем безгранично и на веки».

Эту историю Фаворин развернул в обстоятельную экспозицию, длиною в полное отделение. И она, разумеется, наложила когтистую лапу на расслышанье последующего.

Исполнительским волшебством Фаворина  напрашивавшийся было акцент переместился со слова «маска» на «красную».

Кое-что перебралось во вторую часть программы с акцентом за компанию. Не знающие пощады, то гулкие, то хриплые, то покрикивающие, то постукивающие, но неизменно властно распоряжающиеся, басы. И - почти непрерывная лихорадка в высоких нотах…

Здесь уже были значимы детали.

В этюдах юного Прокофьева буквально кожей ощущался запрос на металлическое, стальное преломление человеческой сущности – и, например, в четвертом этюде благодаря уже тогда бесподобной прокофьевской музыкальной оптике буквально видишь, как человек почти превращается в несущийся поезд.

В Большой сюите Попова (композитора, одно время  считавшегося по меньшей мере ровней Шостаковичу по дарованию), сочинении 1927 года, поразительна вторая часть, хорал.  Кому верить? откуда идет гроза? – в высоком регистре  будто слышится робкий-испуганный вопрос из спутанного сознания;  тяжкий груз давит на плечи, и их уж никак не расправить. А в заключительной фуге  словно слышишь репортах о забеге на марафонскую дистанцию – но обязательно в спринтерском темпе плюс желательно с подобием улыбки на изможденных лицах…

10-я соната Скрябина – единственное светлое пятно в программе. Антитеза. Будто из другого мира. Из тонкой нотной вышивки здесь прямо-таки видишь, как зарождается жизнь. Как прорезаются лучики света, раскрываются цветочные лепестки…  И явственно слышишь НЕПРИНУЖДЕНИЕ живого.

А очередной антитезой, теперь уже Скрябину, – начинающий Шостакович. Соната бедлама, где все ходит ходуном и пробирает на клеточном уровне  самой первой его сонате, уже, между прочим, - тот самый стук в дверь, которым прославился Шостакович зрелый.

Юрий Фаворин со страшной и непреклонной выразительностью рассказал об искоренении человеческого.  Об искажении и исключении из повестки самого гена человечности.

Следует по возможности усвоить и принять как факт.

И со всем этим нам как-то жить.

promo lovers_of_art октябрь 25, 2019 14:21 5
Buy for 10 tokens
Сообщество lovers_of_art, предназначено для тех, кто любит искусство во всех его проявлениях. Членом сообщества может стать любой желающий. Любой член сообщества может стать одним из его авторов. Правила сообщества очень простые: При общении быть взаимно вежливыми и избегать обсценной лексики.…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.